Священномученик Александр, пресвитер Подольский

Welcome
Username:

Password:


Remember me

[ ]
ХРИСТИАНЕ. ЧАСТЬ I

     Что привело тебя сюда. Что встретил на пути своём. И что обрёл, достигнув места. А может быть, ещё в поиске. Или душа томится в ожидании перемен. А, может, то самое покаяние, жизнь перевернувшее. Или тупик, или страдание. Безрадостная мука тьмы неведения. А потом взлёт, да сквозь облако к лучам незаходящего солнца. Но там внизу милые, вернуться к ним. Тишина. Любовь.
22.05.2012_70.jpg
     Отец ЕВГЕНИЙ
 «Новость о моём назначении настоятелем в храм священномученика Александра Подольского я воспринял как само собой разумеющуюся. Как известно из истории, многие жители Силикатной ходили в Еринский храм, где я был настоятелем до 2002 года. Затем, как известно из той же истории,  с 1997 года в библиотеке на Силикатной начались беседы по основам православной веры, которые я проводил в течение нескольких лет. Получается, часть жителей этого района мне была знакома ещё до строительства храма. Собственно говоря, об инициативе начать здесь строить храм я узнал первым и направил их с этим обращением к Подольскому благочинному. Поэтому мой перевод из Троицкого собора в храм на Силикатной был логичным и естественным. Основу прихода составили люди, которых я хорошо знал, будучи настоятелем храма в Ерино или служа в Троицком соборе. А новые люди стали приходить уже в фактически сложившуюся общину, хоть и небольшую, но тем не менее сложившуюся, для которой и в моей персоне не было ничего нового.
     Первое, что приходит на ум относительно Церкви, - больница, в которой собрались разные люди, я в том числе, главврачом которой, к счастью, является Христос. Но слово «больница» в русском языке несёт в себе скорее негативный характер. В переводе на церковно-славянский оно означает «лечебница». «Больница» - от слова «болеть», «лечебница» - от слова «лечиться», т.е. исцеляться. Последнее наиболее отражает суть Церкви, поскольку она призвана быть местом возрождения, исцеления людей. Ну а если быть ещё более точным, то ЦЕРКОВЬ – ЭТО РОДДОМ: С ОДНОЙ СТОРОНЫ, БОЛЬНИЧНЫЕ УСЛОВИЯ, КОТОРЫЕ УКАЗЫВАЮТ НА ОПРЕДЕЛЁННОЕ СОСТОЯНИЕ ДУШИ, С ДРУГОЙ, - НЕСЛЫХАННАЯ РАДОСТЬ О НОВОМ, ТОЛЬКО ЧТО РОДИВШЕМСЯ ЧЕЛОВЕКЕ. И в идеале, конечно, радость о рождении духовном».

     ЛЮБОВЬ ИВАНОВНАlyubovivanovna_d.jpg
   «Мы очень ждали этот храм. Наша община, которая образовалась ещё до строительства храма, чувствовала эту необходимость. Мы собирались вместе в библиотеке, но каждый из нас принадлежал разным приходам. Наш клуб назывался «Путь к духовному возрождению». Тот духовный путь, по которому люди идут ко спасению, а храм как раз и является местом спасения, потому что это дом Божий.
     Я поняла, что храм необходим не только взрослым, пожилым людям. Даже пожилые могут добраться на службу в Подольск самостоятельно или попросить о помощи родственников, знакомых. А маленькие дети, школьники сами ещё не понимают, не попросят, и никто их не довезёт до храма. Приехать в город вместе с детьми для того, чтобы их причастить, довольно-таки трудно. Мне казалось, что больше всего наш храм нужен именно детям. И сейчас для меня самая большая радость, когда на Литургии идёт причастие, а в нём участвуют и родители, и дети. Я испытываю счастье, когда в храме много детей, до слёз трогательно. Это вселяет в сердце надежду: мир всё-таки устоит, Господь с нами.
     Вот наша община собралась воедино в этом храме. Мы перестали проводить встречи в библиотеке. Конечно, очень приятно, когда люди друг с другом общаются. Но с появлением храма стало некогда, потому что те, кто посещал встречи, стали трудиться в храме. Появились общие духовные темы, но чисто человеческого общения всё-таки не хватает. Каждый из нас был прихожанином разных храмов, и, естественно, любой приход имеет свои особенности, а в этом храме, можно сказать, наступила полнота духовной жизни: беседы с о. Евгением, хорошие проповеди батюшек. К чему шли, к тому и пришли. И мы очень благодарны о. Евгению. Он нас привёл к этому, одни мы бы не справились.
     Люди у нас в храме очень хорошие, можно прямо список брать и всех перечислять. Основу общины составили те, кто ходил на встречи с о. Евгением, ну а потом постепенно стали приходить и новые люди. Здесь в храме я встретила Татьяну Котвицкую, я её до этого не знала, она ходила в другой храм. Но как только наш храм открылся, и на следующий день должна быть первая Литургия, к нам пришла Татьяна. Нужно было за короткое время отмыть храм от строительной пыли, убрать мусор и полностью его приготовить к службе. Возникло затруднение, как нам, женщинам, войти в алтарь. Все смущаемся, не знаем, что делать. А Татьяна, на мой взгляд, более воцерковлённый человек, сразу пошла мыть, потому что некогда уже думать. Вот есть люди, как палочки-выручалочки, отзывчивые. Если надо - значит, надо. Таких у нас очень много, не только она одна. Слава Богу, на них храм и стоит. Каким-то чудом мы выдержали 5 лет. Ведь каждый день необходимо по 4 человека на дежурство: двое утром, двое вечером, плата минимальная, люди трудятся не за деньги, а во славу Божию, на пользу людям. У кого-то свои дела, кто-то работает, кто-то болеет. Вот Татьяна для меня пример, дай Бог ей здоровья и сил. К тому же она очень скромная. Есть люди, труд которых не видно, но которые готовы всем помогать. Для меня Татьяна была открытием.
     О многих можно сказать. Нина Ивановна отвечает за ландшафтный дизайн, за красоту территории нашего храма. В храме я также познакомилась с Зоей Фёдоровной. Ей присуща душевная мудрость, она очень чуткий человек. Мне её не хватает. Она могла понять другого, понять, что именно необходимо в данный момент. Когда у неё случился инсульт, я сразу не поняла, что произошло. Мы говорили по телефону, на вопросы Зоя Фёдоровна отвечала односложно. В этот же день ей звонила Татьяна Котвицкая, она заподозрила неладное. Тогда вместе с мужем они пошли к ней домой, а потом и меня, и Нину Ивановну позвали на помощь. В этот момент ей очень помогли и успели отвезти в больницу.
     Лично для меня храм - это дом спасения. «ГДЕ ДВОЕ ИЛИ ТРОЕ СОБРАНЫ ВО ИМЯ МОЕ, ТАМ Я ПОСРЕДИ НИХ». Не уходить бы оттуда вовсе. Но это, к сожалению, невозможно».
 
c5mvs3zfbpg.jpg     ИРИНА
    С о. Евгением я познакомилась ещё в 1993 году, не как со священником, но как с преподавателем истории религии в одном университете, в котором я работала бухгалтером и кассиром заодно, выдавала ему зарплату. Я думала: «Ну, сначала я прослушаю курс астрологии, а на следующий год пойду к о. Евгению на историю религии». Но на следующий год этого предмета уже не было.
     Когда я поняла, что надо ходить в храм, мне популярно объяснили, и жизнь заставила, передо мной встал выбор: или я пойду в Дубровицы, или в Ерино. Я тогда жила в Южном посёлке, и туда, и туда от станции 15 мин на автобусе. Сначала я приехала в Ерино, вот что я увидела: пока батюшка всех не исповедует, служба не начинается, исповедь могла затягиваться и до 12, и даже до часу дня. В Дубровицах же Литургия начиналась ровно в 8 утра, но священник, который сейчас там уже не служит, никогда не общался с народом и после службы быстро убегал из храма, дежурные тоже начинали всех выгонять, поскольку им надо было в храме убирать. Мне не хватало общения, да и просто какой-либо информации. Я не понимала, откуда люди знают слова Литургии, потом я, правда, купила книжку с текстом службы по совету одной женщины. Общение ограничивалось этими советами и вопросами практического характера.
     Я узнала, что о. Евгений в «Родине»  проводит занятия по основам православной веры, и, поскольку мне не хватало знаний, общения, я стала посещать эти встречи, но продолжая на службы ездить в Дубровицы. В скором времени появились противоречия: в своей проповеди Дубровицкий священник говорит одно, а от о. Евгения на занятиях я слышу другое. Я поняла, что надо выбирать. Выбор был сделан, после Пасхи я перекочевала в Ерино. Во-первых, к о. Евгению всегда можно приехать в храм, во-вторых, можно ходить на лекции, задавать вопросы, т.е. появилось свободное общение, которого мне так не хватало. Несмотря на то, что, прежде чем пойти в храм, я покупала книги в большом количестве и изучала святоотеческую литературу, вопросов было очень много, эти вопросы требовали ответа.
     Когда я подошла к о. Евгению на исповедь, он удивился. Я рассказала о разногласиях, о своём выборе и о том, что хочу быть чем-то полезной. Буквально, в один из следующих моих приездов в Ерино я окунулась во внутреннюю жизнь храма. До этого момента, когда служба заканчивалась, я стояла у двери храма и понимала, что здесь что-то происходит, я хотела бы в этом участвовать, но у меня не было повода остаться. Я хотела принадлежать этой общности, но всё же уходила скрепя сердце. Получается, в мае я пришла в храм, а уже в июне присутствовала на первом приходском собрании. Практически сразу я попала внутрь общины. В Ерино было хорошо, чистый воздух, в воскресенье мы оставались до 4-5 вечера. Несмотря на это, я уезжала из храма с ощущением, что не со всеми успела пообщаться.
     Когда о. Евгения перевели в собор, я хотела уйти из Ерино, но все уговаривали меня остаться. Я осталась, потому что в соборе не было ощущения общности. Я не чувствовала ни в Дубровицах, ни в соборе того единения, когда во время богослужения все прихожане говорят «Верую» все вместе, а не каждый сам по себе.  ЭТО ЕДИНСТВО – «ВОЗЛЮБИМ ДРУГ ДРУГА И ЕДИНОМЫСЛИЕМ ИСПОВЕМЫ» - ЧУВСТВОВАЛОСЬ В ЕРИНО, ОНО ЧУВСТВУЕТСЯ И ЗДЕСЬ. Словами «Миром изыдем» заканчивается Литургия, для меня это грустные слова, говорящие об окончании счастья, после чего нужно идти в мир. Понимаю, что предполагается идти в мир со спокойствием, но так не всегда получается.
     Я продолжала ездить в Ерино, но уже крайне редко. Очень много ездила в Клёново, потому что настоятелем храма был о.Алексей, бывший прихожанин Еринского храма. Как только о. Евгению дали приход на Силикатной, никаких вопросов и сомнений в том, что я буду ходить сюда, не возникало. Но сначала мне было очень тяжело, я чувствовала, что здесь я совершенно чужая, я панически боялась спуститься вниз, налить себе чаю. Первый год я чувствовала себя очень некомфортно, общалась только с теми, кого знала по Ерино, вниз практически не спускалась, иногда меня, буквально, за руку приводила Людмила Рауфовна. Так я начала общаться с Галей, в Ерино мы были знакомы, но личного общения, как такового, у нас не было. А здесь я увидела знакомого человека, и старалась его держаться. Свободнее стала себя чувствовать, когда начала заниматься приходской библиотекой. Мы с Галей стали приезжать в храм в удобное для нас время, поработав, здесь же мы могли и покушать, появился отдельный кабинет, в котором можно было оставить сумки. Я понимаю, что это мелочи, но в них тоже есть доля важного.
     Из новых для меня людей, которых здесь встретила, я почему-то сразу выделила Елену Николаевну и Зинаиду Сергеевну. Мне с ними легко. Ещё один момент, почему я стала более комфортно себя чувствовать и спокойнее спускаться вниз, потому что Любовь Ивановна первые годы просила меня иногда дежурить в храме. Это, наверное, тоже помогло. Елена Николаевна, кстати, одна из дежурных, которая стала спускаться вниз и кушать вместе со всеми после воскресной службы. Именно здесь я начала с ней больше общаться и узнала, что она всю жизнь проработала в каком-то крутом военном НИИ, что она высококлассный специалист, интеллигентный человек. Вообще, в её поведении, в её благородной осанке сразу просматриваются ум и интеллигентность. Елена Николаевна сама говорит, что здесь ей нравится, что душой она становится моложе.
     Общение – это процесс длительный. С кем-то общий язык находится сразу, с кем-то постепенно. Наверное, всё-таки душа чувствует близкого человека: ты можешь его не  знать, но уже чувствовать родственную душу. Потом начинаешь ближе общаться, и тут выясняются моменты, которые сблизили вас настолько, что вы теперь, как одна душа.
     То, с чем я сталкивалась сама, стесняясь спуститься вниз, я наблюдаю и у других людей. Первое время водила с собой Надежду. Мы с ней познакомились на остановке, узнали друг друга по цветам, которые женщинам дарили в нашем храме на праздник жён-мироносиц. Так и разговорились. Долго потом я уговаривала её в храме спуститься к чаю, потому что сама когда-то испытывала стеснение. Так как у меня была такая проблема, то теперь я стараюсь хотя бы в этом людям помогать. Знаю, что есть определённый дискомфорт, трудно вклиниться в общину, все друг друга знают, друг с другом общаются, а войти сюда бывает трудно.
     На самом деле, когда приходишь в наш храм, создаётся впечатление, что всё занято, что тебе здесь заняться нечем. Грубо говоря, нет такого списка «вакантных должностей», на которые человек мог бы обратить внимание и предложить свою помощь. Тебе сначала нужно войти в жизнь прихода, чтобы увидеть какую-то нишу, в деятельности которой ты можешь поучаствовать.
     Например, Лена Степанова, которая тоже бывшая прихожанка Ерино, зная Людмилу Рауфовну много лет, зная, что она занимается детьми, сидела и думала, как бы она хотела ей в этом помогать. Но в итоге она начала заниматься консультацией людей, страдающих химической зависимостью. А Людмила Рауфовна в это время смотрела на Лену и думала, как бы её заполучить воскрсной школе в помощники. Я не говорю, что здесь прямо должен быть список потребностей, но, с другой стороны, есть люди, которые не могут сами предложить свою помощь, порой стесняются, но они готовы помочь. Это важный аспект церковной жизни, который, на мой взгляд, не стоит упускать из виду.
 
      ЕЛЕНА НИКОЛАЕВНАelenanikolaevna_d.jpg
     Как-то раз одна знакомая мне сообщила, что в библиотеке по четвергам в 17 часов вечера проходят беседы с батюшкой, которые ведёт о. Евгений. Когда я туда пришла, о. Евгений уже занятия не проводил, но люди продолжали встречаться самостоятельно и по его благословению читали Евангелие, духовную литературу, слушали лекции Дмитрия Смирнова, записанные на кассетах. Собирались каждый четверг. Периодически к нам приезжал и о. Евгений, проводил с нами беседы. Мы батюшке говорили о том, как бы нам хотелось построить здесь на Силикатной храм.
     Когда мэром города Подольска был выбран Пестов Николай Игоревич, человек верующий, мы стали собирать подписи в пользу строительства храма. Естественно разделились, у каждого был свой участок, который необходимо было обойти. По всем подъездам, по всем квартирам спрашивали мнение людей. В большинстве своём люди были за строительство храма. В итоге, собрали подписи, написали заявление, и благодаря Николаю Игоревичу Пестову строительство храма на Силикатной было утверждено.
     Когда храм ещё строился, по праздникам службы проходили прямо на улице. Помню, 14 октября, в престольный праздник, день памяти священномученика Александра, была ужасная погода: шёл дождь со снегом, дул северный ветер, было очень холодно. Служба совершалась под тентом. О. Евгений проводил Божественную Литургию. Дождь лил, как из ведра, и не все поместились под этим тентом, кто-то стоял на улице, под ногами хлюпала вода, но мы были такие радостные. На Пасху о. Евгений привёз с собой певчих. День был чудесный, солнечный, и так хорошо пел хор. Это было замечательно. Когда было освящение места под строительство храма, мы ещё не знали, что настоятелем будет о. Евгений. Позднее о.Олег, наш благочинный, сообщил нам эту новость, которой мы, конечно, были очень рады. Также мы принимали участие при возведении на храм куполов с крестами. Трудно давалась строителям эта работа. Мы стояли внизу и пели «Кресту Твоему покланяемся, Владыко». Молили Бога, чтобы всё получилось. Когда храм построили, мы, конечно, участвовали в первой  Литургии. И после освящения храма службы начали совершаться ежедневно. Сразу же, с первого дня мы приступили к дежурству по храму с радостью и большим рвением.
     Сначала основу прихода составили люди, которые ходили на встречи в библиотеке, но потом стали появляться новые прихожане. Появилась Любовь Кирюшина. Мы с ней были знакомы ещё до освящения храма, она тогда вместе со мной была прихожанкой храма Воскресения в Подольске. Любовь Кирюшина – это очень добрый человек с золотым сердцем. Мне кажется, все её очень любят. Человек необыкновенной доброты, ни на кого не обижается, никого не осуждает. С неё можно брать пример.
     Здесь я познакомилась с Татьяной Котвицкой. Татьяна для меня пример щедрости и доброты. Она часто на свои деньги приобретает для храма то, что необходимо, и никогда это не афиширует. Во время дежурства всегда поддерживает чистоту в храме и делает это с удовольствием. Трудится не для галочки, а действительно служит Богу с полной отдачей.
     Все женщины, которые у нас дежурят, хорошие люди, все стараются послужить Богу и друг с другом найти общий язык. Я стремлюсь со всеми поддерживать дружеские отношения, ни с кем не конфликтовать. В последнее время по субботам дежурю с Валей Ларкиной. У нас с ней полное взаимопонимание: каждый знает, что делать, не бывает какого-то внутреннего раздражения или неприязни по отношению друг к другу. Я дежурю с ней с большим удовольствием и радостью.
     Единственное, что мне не нравится, так это некоторая отдалённость женщин, которые дежурят, от остальных представителей прихода. Меня этот факт очень огорчает.
     Но, слава Богу, что у нас есть свой храм. Я всё время радуюсь и благодарю за это Господа Бога. Когда раньше ходила в храм Воскресения, доезжая до военкомата, шла пешком и видела людей, идущих вместе со мной на службу. Какое же счастье иметь храм рядом с домом и не быть привязанным к транспорту. Но мне даже в голову не приходила мысль, я даже и не мечтала, что у нас на Силикатной может быть свой храм. А теперь - три минуты ходьбы, и я уже на месте. Многие прихожане уже в возрасте, становится тяжело ездить. ГОСПОДЬ ВСЁ ПРЕДУСМОТРЕЛ И ПОСЛАЛ НАМ ЭТОТ ХРАМ, В КОТОРОМ ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЕ СВЯЩЕННИКИ И ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЕ ПРИХОЖАНЕ. Я очень радуюсь, что у нас есть молодое поколение. Общаясь с молодыми, я и себя чувствую моложе.   

dsc_0866.jpg     ЛЮБОВЬ ИВАНОВНА
   Впервые в своей жизни я пришла в храм в 1989 году, когда умерла моя мама. До этого времени я передавала через бабушек деньги с просьбой поставить свечку перед иконой Спасителя, Божьей Матери, Николая Угодника, на этом мои отношения с Церковью заканчивались. Я жалею о том, что практически всю свою жизнь прожила без Бога, не зная, как радуется душа, когда находишься в храме.
     Сначала я ходила на службы в Троицкий собор, а потом, когда открыли храм Воскресения Христова, я почувствовала большее расположение к этому храму, к приходу, и стала ходить туда. Тогда я абсолютно ничего не понимала: не знала, как себя вести, как подойти к исповеди, как подготовиться, да никто и не подсказывал. Бывало, какой-нибудь человек говорил, что он ни в чём не грешен, батюшка давал ему брошюру «В помощь кающемуся». В моём случае до такого не доходило, я старалась излагать свои мысли на бумаге. Писала всё тщательно: как только появлялась мысль, я сразу её фиксировала и с этой запиской приходила на исповедь. Некоторые батюшки говорили, что я «философию развожу», т.е. впадаю в другую крайность. Сейчас я осознаю, действительно, много лишних слов, как говорится, много «воды».
     Я узнала, что на Силикатной заложили первый камень нашего храма, но не верила, что в скором времени начнётся его строительство, возведение храма мне казалось далёким событием. Ещё до открытия я часто ездила в Подольск на службу в автобусе вместе с нашими прихожанками. Они рассказывали о том, как проходят беседы по основам православной веры, которые были организованы в библиотеке. Одна женщина приглашала меня на эти встречи, но я стеснялась, думала о том, как я, чужой человек, ни с того, ни с сего приду в библиотеку. Наверное, ждала официального приглашения.
     Открытие храма состоялось 3 октября 2009 года. В моей памяти эта дата останется на всю жизнь, потому что 3 октября умерла моя мама. Была такая торжественная служба, приезжал митрополит Ювеналий, замечательно пел хор, я слушала его с замиранием сердца.
     Именно в этом храме я стала ощущать какую-то осознанность своих действий, стала ближе к Богу. Конечно, существует ещё много препятствий к познанию: какая-то домашняя суета, из-за которой я мало времени уделяю чтению Евангелия, Апостолов, Псалтири, хочется глубже понимать, вникать в суть, но не хватает времени, за что прошу у Господа прощения.
     Я дежурю в храме с первых дней его существования. Как-то раз Валентина Дмитриевна предложила мне записаться на дежурство в наш храм. Я с удовольствием согласилась, подошла к Любови Ивановне и записалась. Я очень довольна тем, что имею возможность дежурить в храме. Дома сил порой не бывает, а здесь у меня и силы, и бодрость, и настроение появляются. Нравится общение с молодёжью, со священниками. К батюшкам можно подойти с любым вопросом и как-то разрешить его. На душе сразу становится легче, не стоит держать какие-то сомнения в себе. Ещё я рада, что познакомилась с Татьяной Котвицкой. Она очень много знает, и если я что-то не понимаю,  то могу к ней обратиться за любым советом, она всегда готова помочь, подсказать.
     Но, конечно, так бывает далеко не всегда. Среди нас можно встретить и недоброжелательность, и обиды - самые разные негативные чувства. Но я стараюсь как-то сглаживать острые углы. До моего прихода в Церковь реакция на зло была однозначной: меня кто-то обидел, я затаила злобу в душе. Сейчас есть перемены в моём восприятии: мне делают замечание, я принимаю к сведению, но обиды на человека не держу.
     Богослужение в моей жизни имеет огромное значение. То, что я получаю в храме, я приношу и в свой дом. После службы иду домой, словно лечу на крыльях, на душе радость и умиротворение. В такие моменты, что бы я ни встретила дома -  гнев, недовольство, раздражение, я принимаю с доброй душой, желая поделиться своей радостью. ОКРЫЛЁННОСТЬ, ОЩУЩЕНИЕ ПЕРЕПОЛНЕННОЙ ЧАШИ, КОТОРУЮ НЕ ХОЧЕТСЯ РАСПЛЕСКАТЬ ВПУСТУЮ, сопутствуют мне в особенности после воскресной службы.
 
    ОКСАНАe5yoi5pbt70.jpg
   Встретившись с Богом, я почувствовала, что мне нужен храм, и три года до открытия нашего храма ездила в Троицкий собор. Посещение собора ограничивалось лишь службой, ни с кем из батюшек близко я не общалась. Когда недалеко от моего дома открылся храм, я очень обрадовалась этому событию: мне стало намного удобнее ходить сюда, поскольку не надо было тратить время на дорогу и можно было поспать подольше, о чём я давно мечтала. Сильно была удивлена тому, что настоятелем назначили батюшку из Троицкого собора, которого я немного знала. В то время у меня в жизни был очень тяжёлый период. Как-то после службы именно о. Евгений попросил меня задержаться и поговорил со мной. Такое поведение не укладывалось в моей голове: человек, у которого так много дел, так много прихожан, уделил мне столько внимания.
     Со сменой храма в моей жизни сразу ничего не поменялось: исповедь-причастие, исповедь-причастие, так каждое воскресение. Через какой-то период времени я случайно в храме встречаю Дашу. Мы с ней подруги детства, живём в одном доме, но давно не общались, у каждого была своя жизнь. И каково было моё удивление, когда я встретила её именно здесь. Узнав о том, что Даша занимается воскресной школой, я предложила свою помощь. У меня давно был внутренний порыв – чем-то себя занять, и тут это дело нашлось. Я бралась за любую работу: накрыть на стол, организовать чаепитие, помыть посуду, подмести полы. И видела, что, в принципе, здесь это всегда нужно. Для меня на тот момент это было важно, хотя, постоянно обращала внимание на то, что некоторые из нашего коллектива больше тянутся к общению с батюшкой, друг с другом. Через некоторый период времени я начала сопоставлять своё отношение к этому с одним евангельским эпизодом, где Христос посещает дом Марфы и Марии. Марфа более печётся об угощении своих гостей, а Мария находится рядом с Иисусом Христом и слушает его проповеди. Марфа сердится на Марию, обращаясь ко Христу: «Господи, неужели Тебе нет до меня никакого дела?». И Он ей отвечает: «МАРФА, МАРФА! ТЫ ЗАБОТИШЬСЯ И СУЕТИШЬСЯ О МНОГОМ, А ОДНО ТОЛЬКО НУЖНО; МАРИЯ ЖЕ ИЗБРАЛА БЛАГУЮ ЧАСТЬ, КОТОРАЯ НЕ ОТНИМЕТСЯ У НЕЁ». Периодически этот евангельский сюжет всплывал в моих мыслях, но до сердца это не доходило. О. Евгения я тогда не понимала, его проповеди были от меня далеки. Как-то на исповеди у меня возник вопрос: почему грехи повторяются, почему каждый раз я прихожу к Богу с одним и тем же. О. Евгений обратил моё внимание на то, что любой грех, который мы повторяем, тянется от какой-то внутренней причины. Меня это зацепило, что впоследствии  привело к огромной работе над собой. В дальнейшем автоматически отошли на второй план все хозяйственные дела по храму. Я поняла, что это далеко не то, к чему я шла.
     За 5 лет посещения нашего храма у меня произошло много событий: новые друзья, новое общение, духовный рост, новые стремления. Я познакомилась с Игорем и Оксаной. Как-то ехали с Дашей на велосипедах и встретили их. Оксана удивлённо спросила: «Вы тоже катаетесь?». Мы тут же договорились о следующей поездке, так и катаемся до сих пор. Получилось так, что взаимный интерес перерос в более близкое общение, духовное общение, что для меня очень важно.
     Интересно я познакомилась с Никитой. Его опыт познания человека с физической точки зрения, которым он делился с большим воодушевлением, меня очень заинтересовал. Появилась возможность отдохнуть две недели в Карелии, где на базе детского лагеря Никита организовывает спортивные выезды, узнать, чем он занимается, ближе с этим познакомиться и испробовать на себе. За этот период времени человек открылся для меня с другой стороны, я получила совершенно новый опыт, у меня появились новые желания.
     Я поражена, что Бог устроил мою жизнь именно такой, какая она сейчас есть. То, что теплилось в моей душе, чего я желала, что было раньше закрыто для меня, теперь открылось. Это новое ощущение пронизывает всю мою жизнь, все сферы моей деятельности. Для меня важно само здание, сам храм, люди, которые здесь собрались, кажется, случайным образом, но на самом деле случайностей не бывает.
 
rtzsupmjkqs.jpg
     ОКСАНА
 Мы с мужем переехали жить на Силикатную в июле 2010 года. Несколько раз ездили на службу в Троицкий собор, а потом узнали, что храм есть и на Силикатной. Когда я ехала из Москвы на электричке, увидела крест, который блестел золотом на солнце, и где-то в конце сентября мы приехали к храму на велосипедах, чтобы разведать обстановку. И в следующее воскресение уже были на службе.
     После Пасхального богослужения у меня было желание спуститься вниз к праздничному столу, было интересно, хотелось поделиться со всеми своей радостью, пообщаться, но мы тогда ещё никого не знали и постеснялись. Мне всегда казалось, что служба не может заканчиваться тем, что ты просто идёшь домой, хотелось продолжения общения. Но я всё равно находила сто тысяч поводов не спускаться, мне было очень интересно, но я стеснялась, а на самом деле боялась.
     Теперь я вижу причину своего страха.  В моём восприятии священник был чем-то недосягаемым, я возводила священника на пьедестал и не хотела видеть ничего другого. Я боялась столкнуться с другим. Пусть лучше всё будет красиво, хоть и иллюзорно. А когда ты спускаешься вниз, то сталкиваешься с людьми совершенно при других обстоятельствах, ты встречаешься с ними лицом к лицу. Вдруг видишь, что люди такие же, как и ты. Понимаешь, что нет больше иллюзий, а есть некая реальность, и она может быть самой разной. Ты её можешь принять, а можешь и разочароваться в ней. Есть такая японская пословица: «Нет иллюзий – нет и разочарований». А разочаровываться – это так больно, так неприятно.
     Сначала проповеди о. Евгения я не понимала. В книжках написано: молитва, пост, покаяние. А батюшка говорит о любви, свободе, о Христе. Что такое? Как это воспринимать? Но со временем именно благодаря общению со священниками вне службы я слышу другой взгляд на мир, слышу то, что не читаю ни в одной книге. На службе видна лишь верхушка айсберга, но стоит нырнуть под воду, чтобы увидеть его глубинную часть, как открывается что-то новое и неизведанное. Мне необходимо это общение, мне нужна проповедь, которая порой меняет моё сознание, мои представления о мире. Я дорожу этим общением.
     Сейчас для меня храм – это семья, такая «разношёрстная», но всё же семья. Разные люди, которые собираются в одном месте и как-то друг с другом уживаются, у каждого свой характер, свои привычки. ХРАМ – ЭТО ЕДИНСТВО НЕПОХОЖИХ. Но эту непохожесть, «разношёрстность» порой бывает тяжело принять. Я привыкла к людям относиться по принципу «нравится-не нравится», кого-то я принимаю, а кого-то нет. А здесь я стала смотреть на некоторые вещи по-другому: я понимаю, что есть люди, которые мне близки по духу, но есть те, позиция которых с моей не совпадает. Существует другое, отличное от моего мнение, и оно имеет право на существование, оно имеет место быть. Другое мнение – не значит неправильное, оно просто другое мнение.
Продолжение следует...
Автор Дарья Борчук
Posted by admin on Tuesday 07 October 2014 - 22:32:04 printer friendly LAN_NEWS_24

You must be logged in to make comments on this site - please log in, or if you are not registered click here to signup


Икона дня




© Разработка сайта от www.seosale.ru 2010-2012. Все права защищены.