Священномученик Александр, пресвитер Подольский

Welcome
Username:

Password:


Remember me

[ ]
ХРИСТИАНЕ. ЧАСТЬ III

ukunpt0yita.jpg     ГАЛИНА
    Я познакомилась с о. Евгением в 1997-1998 гг., точно уже не помню. Он читал лекции в медико-генетическом научном центре академии медицинских наук. Это был курс по основам православной веры, куда приходило много народу. Я стала посещать эти лекции. Во многом благодаря о. Евгению, да и в жизни так складывались обстоятельства, я вдруг узнала, что есть Бог. В какой-то мере я считаю о. Евгения своим духовным отцом, через него я пришла к Богу. Несмотря на то, что он моложе меня, его мудрость, его отношение к людям, его человеческие качества, его священнические качества меня очень привлекают. За много лет общения он узнал меня, мои жизненные обстоятельства, поэтому, несмотря на то, что живу далеко отсюда, где бы о. Евгений не служил, я так или иначе стремилась к нему, по мере возможности приезжала. Хотя, конечно, ходила и в другие храмы. Я бесконечно благодарна о. Евгению за то, что он есть и за то, что есть храм, куда можно к нему приходить.
     Сначала это был храм в Ерино, потом Подольский кафедральный собор. Некоторое время, пока строилась церковь на Силикатной, я ходила в храм Косьмы и Дамиана к о.Александру Борисову. Но поняла, что всё равно хочу ходить в храм под настоятельством о. Евгения. Приходы, которые складывались вокруг него, очень разнообразны, как и любой приход вообще, но всегда в них можно встретить замечательных людей, это очень тёплые приходы. Здесь к каждому человеку относятся неравнодушно, и всегда можно найти дружеское общение, можно получить  облегчение своих грехов как импульс для дальнейшего духовного роста. Храм хоть и молодой, но, в целом, приход уже сложился. Здесь есть люди с большой возрастной разницей. Конечно, возникают, определённые сложности в общении, но, тем не менее, люди находят общий язык друг с другом. Я рада, что нахожусь здесь, и мне не хотелось бы терять это место и куда-то ещё уходить. Несмотря на то, что у меня рядом с домом есть храм, я буду ездить сюда.
     Когда о. Евгений служил в Троицком соборе, я ездила в качестве помощницы в православный лагерь, который был организован для подростков. Вместе с собой брала тогда ещё маленького сына. Также водила его в воскресную школу. С приходом Троицкого собора я знакома немного, поскольку храм большой, но существовало некое ядро, которое составляли, в основном, родители учеников воскресной школы. Со многими людьми я продолжала общение и после своего ухода из Троицкого собора, даже какое-то время ездила на встречи в Подольск. Из Еринского прихода до сих пор сохраняются замечательные знакомства, которые получили своё новое развитие уже здесь в этом храме. Некая целостная общность, которая подтверждает для меня тезис о соборности Церкви, о том, что она не привязана к одному месту.
     Естественно, этот приход другой. В Ерино был достаточно специфический контингент. О. Евгений работал с людьми, страдающими химической зависимостью, читал для них лекции, организовывал группы. Вокруг него всегда крутилось много народу, в том числе и молодёжь. Собиралась и интеллигенция. Многие приезжали из Москвы. Здесь приход, в целом, старше. В основном, это местные люди, которые живут на Силикатной. Конечно, сложилась своя традиция, восприятие мира. Очень много светлых, мудрых моментов, возникает и дружба.
     Например, с Ирой Сушковой мы были знакомы ещё в Ерино. Здесь очень хорошо подружились. У нас с ней бывают такие глубокие разговоры, которые помогают в каких-то духовных постижениях. Мне очень приятно общаться с молодёжью, периодически от них исходит такая энергия, которая заряжает. Есть также ощущение причастности к их перспективам. Всё это позволяет посмотреть на свою жизнь немного по-другому. Также складывается общение с людьми, которые намного старше меня. Я познакомилась с Надеждой Ивановной, для которой стала редактировать и печатать стихи её собственного сочинения, являющиеся для неё источником жизни. Эту помощь Надежда Ивановна восприняла с теплотой. Наше общение не ограничивалось лишь какими-то организационными моментами, она стала мне о себе рассказывать. Оказалось, что за её плечами достаточно интересная, но сложная жизнь. Стали делиться друг с другом, и я даже не думала, что мы с ней подружимся, несмотря на то, что мы очень разные, тем не менее, какая-то близость появилась.
     С Еленой Степановой познакомились ещё до храма на Силикатной, но здесь я её ближе узнала, с ней очень интересно общаться. Через деятельность Елены, которая заключается в консультации людей по химической зависимости и в которой я тоже стала участвовать, поскольку обладаю некоторыми знаниями в этой области, мы постепенно с ней подружились. Сейчас гораздо шире с ней взаимодействуем, созваниваемся друг с другом, и не только по делу, ходим вместе в театр.
     Я рада, что подружилась с Дашей. Помню, как она начала писать, потом у неё появилась работа в этой сфере. И поскольку я сама сейчас работаю редактором, нас сблизила совместная деятельность. Я помогла ей, в чём-то посодействовала. Ведь вера без дел мертва. Одно отделить от другого невозможно. Очень плохо, когда люди закрыты друг от друга, когда они боятся открытого общения по каким-то психологическим причинам. Им кажется, что они общаются только по функционалу. Здесь в храме как-то всё перемешивается. От дела ли, от какого-то разговора рождается порой внутреннее сближение между людьми.
     С Оксаной Горячевой я общалась на уровне обмена приветствиями. Как только появилась заинтересованность в общем деле в подготовке к юбилею храма, вдруг я увидела Оксану совершенно с другой стороны, у неё несомненный художественный талант.
     Вот так вот Господь ведёт человека и приоткрывает ему ранее сокрытое. Эти неуловимые моменты общения, когда возникает между людьми близость, происходят, как кажется, случайным образом. Появляется какое-то внешнее дело: например, необходимо напечатать те же стихи. Сначала я отнеслась к этому, как к какой-то обязанности. Но поскольку происходит взаимодействие между людьми, то неизбежно возникает, если только специально от этого не отгородиться, какое-то сближение. Оно приносит совершенно неожиданные приятные плоды. Бывают, конечно, и неприятные моменты, что естественно происходит в общении между людьми.
     На самом деле, если рассуждать на эту тему, отвлекаясь от нашего конкретного храма, то самое главное в жизни человека – это отношения. Всё происходит ради отношений, которые могут быть наполнены любовью, а могут быть наполнены и чувством неприязни. Но, тем не менее, мы приходим в жизнь для того, чтобы каким-то образом встроиться в это тело Церкви. Атеист или верующий человек, не важно, он всё равно будет неосознанно искать отношений, искать своё место, свою востребованность, свою значимость среди людей, в хорошем смысле этого слова. Другой вопрос, как это понимается. Какой-то человек будет для этого обогащаться, подтверждая свою значимость земными средствами, но которые моль ест, и ржа ест. Но когда наступает понимание, что дело не в материальном обрамлении, что оно вторично, что мы живём во взаимоотношениях с людьми, в которых и развиваемся, да и спасаемся мы именно в отношениях с людьми, с Богом и самим собой. Когда приходит это понимание, которое ко мне пришло достаточно поздно, после 40 лет, тогда отношения с людьми воспринимаются в ином свете, а уж тем более в приходе, где мы причащаемся от общей Чаши и становимся едины в Господе Иисусе Христе, ну, по крайней мере, стремимся к этому.
     В этом приходе можно сравнивать какие-то отдельные детали, но я думаю, что самое главное, что в нём эта общность существует. Потому что в некоторых Церквях, правда, не православных, я этого единения не уловила. Там сильно выражен индивидуализм, человек замыкается на самом себе. У нас тоже, конечно, есть понимание индивидуальности каждого человека, каждый человек - личность самобытная. В этом приходе мне очень нравится, мне тепло и хорошо. Очень жаль, что у меня слишком много различных нагрузок в жизни, иначе я бы тут бывала гораздо чаще.
     «НО НЕ ПРЕРВАТЬ СВЯЗУЮЩУЮ НИТЬ, ОНА ДРОЖИТ ВО МНЕ И НЕ СДАЁТСЯ».
     Вадим Егоров.

     ОКСАНА011_d.jpg
     «Когда было освящение храма, я пришла на первую Литургию. Очень ждала этого. Наш храм для меня единственный, я больше нигде не была ни на одной Литургии, нигде больше не причащалась, даже не слышала других живых проповедей, кроме как в интернете. Всё моё православие, вся моя вера – это наш храм. Я его очень люблю. То, что на Силикатной был построен храм, долгое время воспринималось мною как чудо, я не могла к этому привыкнуть. Выходила из дома, чтобы поехать в Москву или в Подольск, доходила до переулка, заглядывала, там храм стоит. Я знала, что он там стоит, но меня это постоянно удивляло. Я сворачивала, бежала туда, и всё, забывала, куда я еду, зачем. Такое происходило со мной не один раз. Для меня это очень большое благословение, чудо. То, что я получаю в храме, для меня является жизненно ценным. Это место встречи с Богом, поклонения Богу, присутствия Бога, место, где исцеляется моё сознание. Анализируя то, какая я была и какой стала теперь, я понимаю, что разница велика, я начинаю видеть и слышать, перестаю в каких-то моментах быть слепой, в каких-то глухой, и это для меня жизненно важно.
     Мои первые впечатления: я ничего не понимаю, ничего не знаю. Страх. Я думала, что я такая единственная, очень сильно комплексовала по этому поводу. Я помню момент, когда я начала воспринимать Литургию. Сначала я стояла на службе, совершенно не понимая, о чём поёт хор, что делает священник, что вообще происходит, я стояла со своими мыслями, со своей молитвой обращаясь к Господу. Потом мне попала в руки книжка с текстом Литургии. Каково же было моё удивление, когда оказалось, что мои внутренние ощущения совпали с молитвами службы. Я ведь молюсь Богу о том же, только в другой форме. Когда я поняла, что Литургия отражает моё внутреннее состояние, я стала поклоняться Господу, молясь со всеми в одном духе, на той же волне. Конечно, эту общность я чувствую довольно редко, хотелось бы чаще. На данный период времени, в соответствии с моим душевным состоянием, я очень ревностно отношусь к тому, чтобы на Литургии чувствовать единство с людьми. Как мне кажется, нужно над этим работать. Да, иногда я чувствую, что все мы пришли сюда ради Господа. Но хочется большего.
     Поначалу я сама уделяла мало времени людям, которые, как и я, пришли на службу к Господу, я как-то обосабливалась. То, что мне говорили порой по поводу брюк, косынки, меня будто не касалось. В храм я практически бежала, и когда прибегала, то меня больше ничего не волновало, - вот такое было ощущение. Может, после службы я как-то и реагировала на эти замечания, но в храме я людей не замечала, они существовали от меня отдельно. Это не есть хорошо, но такой период в моей жизни был.
     Сейчас моё отношение к людям поменялось. Получается знакомиться с прихожанами, но вот дружеских отношений за 5 лет не появилось. Я понимаю, что проблемы не в людях, проблемы во мне, есть, наверное, определённые комплексы, какое-то непонимание. Мне очень нравятся наши прихожанки, которые дежурят в храме, те, кто собирался ещё в библиотеке и те, кто пришёл в только построенный храм. Мне нравится, что они делают. В какой-то степени благодаря им храм существует, они долгие годы собирались в библиотеке, молились за то, чтобы храм был построен. Очень нравятся наши певчие, они прекрасно поют, постоянно радуют, постоянно восхищают. Несмотря на то, что я ни с кем из них близко не знакома, я часто подхожу к ним после службы с благодарностью.
     Я считаю, что нужно больше общаться, больше узнавать друг друга. Когда я занималась по вечерам оформлением стенда к празднику, вниз спускались женщины, дежурившие в храме. Некоторых я даже не знала по имени. Сидели, пили чай, так и знакомились. Мы христиане, верующие, как мне кажется, должны быть вместе, поддерживать друг друга, душевно, духовно и физически.
     У меня, правда, не очень это получается. Но есть большое желание общаться, поддерживать других. Меня не устраивает, когда я вижу, что кому-то плохо, я не хочу, чтоб люди поодиночке страдали, плакали, а поддерживали друг друга молитвой, словами, просто дружеским отношением. Помимо того формата общения, который существует, имею в виду воскресную школу, библейские чтения, должно быть и неформальное общение.
     У меня всплыл в памяти случай, который произошёл этим летом. Я познакомилась с одной женщиной, которую так же, как и меня, зовут Оксана. Мы с ней столкнулись в магазине. Оказалось, что обе хотели друг с другом познакомиться, заметили друг друга в храме, но почему-то не решались подойти, и в один прекрасный момент не выдержали и познакомились. В детстве обычно происходит следующим образом: «Давай дружить!». И эти слова решают все вопросы, во взрослой жизни, конечно, такое бывает редко. Мы начали общаться. Бывает, идём вместе с Литургии, останавливаемся где-нибудь и никак не можем разойтись, минут сорок разговариваем. И когда у Оксаны случилась неприятность, мне удалось её поддержать. Именно о таком уровне общения я говорю. Буквально, за короткое время мы стали близкими. В гости ещё не ходили друг к другу, но я могу подойти, обнять её, поддержать, за неё помолиться. Я, может, иногда так с подругами не могу общаться. Эта встреча для меня ценна.
     Моё самое большое желание, которое возникло, когда я только встретила Господа в своей жизни, которое не проходит и сейчас, и, надеюсь, не пройдёт: Я ХОЧУ БЫТЬ С ИИСУСОМ. Я ЗДЕСЬ, ПОТОМУ ЧТО ЗДЕСЬ МОЙ ГОСПОДЬ. Я ЗДЕСЬ, ПОТОМУ ЧТО ЗДЕСЬ Я УЧУСЬ ЕГО ВИДЕТЬ, С КАЖДЫМ РАЗОМ УЗНАВАЯ ВСЁ БОЛЬШЕ И БОЛЬШЕ».

er8kbks13_i.jpg     ЛЮБОВЬ АЛЕКСАНДРОВНА
   В этот храм я пришла 4 года назад по причине своего недомогания - и физического, и душевного, некий тупик в жизни привёл меня сюда. Тупик. Все мои прежние ценности - работа, карьера, взращивание детей, рассыпались в одно мгновение. На тот момент у меня не было ни физических, ни душевных сил просто жить. Первая моя исповедь с о. Евгением. Вспоминаю сейчас, что я только плакала и говорила, почему у других всё хорошо, а я делала всё то же самое, и у меня всё плохо. И одни рыдания. Сейчас сама себе удивляюсь: это надо было дойти до такой предельной точки мне, человеку закрытому, которому нелегко делиться своими переживаниями, чтобы вдруг стать такой открытой. Но это не есть точка невозврата. Меня выслушали. Приняли меня с этой большой болью. Ни одного замечания, ни одного совета «как надо». Я, конечно, попала именно к тому человеку, который нужен был на тот момент и нужен по сей день. Меня привёл Бог. Принятия себя совершенно не было, причиной чего является зависимость от чужого одобрения, желание не выпадать из социума. А здесь я впервые познакомилась с опытом принятия меня такой, какая я есть. Отсюда и начался мой процесс понимания себя, дорога к Богу, которая продолжается и сейчас. Я  продолжаю искать Его.
     Первое время я держалась только за о. Евгения, никого не знала, ну и за Катю с Сергеем – моих близких. Но постепенно входила в жизнь прихода. Сейчас для меня и стены родные, и пол, и потолок. Может, мне сопоставить не с чем. Однако были возможности бывать и в других храмах, я их посещала. Но мне хорошо здесь, что искать лучшего. Здесь я стала больше расслабляться, доверять людям.
     Я вспоминаю, насколько сильный у меня был страх перед храмом, перед Богом: как бы вместиться в эти рамки, которые кем-то для меня поставлены, как бы не вылезти за границу дозволенного, место ведь святое. Постепенно я расслабляюсь. Здесь я познаю, как люди живут во Христе, познаю христианскую общину, познаю свою жизнь с точки зрения христианства. Оказывается, здесь такие же люди, как и в миру, со своими плюсами и минусами, обычные люди. Но разница в том, что направление их жизни другое. Направление жизни не к разрушению, а к созиданию. Здесь чувствуется другой посыл, нежели соперничество и подавление друг друга.
     Здесь я встретила Дашу и Катарину, которые изменили моё отношение к молодёжи, зацепили меня своим мировоззрением, поведением, я не думала, что молодёжь может быть такой. Бабушка Катя оставила большой след в моей жизни. Мудрость, мужество, которые в ней есть, поменяли моё мнение о пожилых людях.
     МОЙ ХРАМ – ОТЧИЙ ДОМ, В КОТОРОМ Я САМА С СОБОЙ В КОМФОРТЕ. Во время Литургии, в общении с людьми я забываю о том, что я какая-то не такая, здесь я сама с собой в комфорте.

     ДАРЬЯapwkf_clqna.jpg
  Первые осознанные мысли о Боге, видение Его действий в своей жизни, удивление той любви, с которой Бог относится ко мне, - всё это начало происходить со мной лет 5-6 назад. Постепенно возрастал мой интерес к Церкви. Рядом был лишь один человек, который мог ответить на возникающие вопросы, к которому мне было легко обратиться, остальные либо не принимали меня с моим новым «увлечением», либо вовсе о нём не знали. Впоследствии какое-то время мне даже приходилось скрывать от родных, куда я иду и зачем. Несмотря на то, что я тянулась к Церкви, мне порой было стыдно признать это перед другими людьми, от мнения которых я сильно зависела.
     Мне захотелось войти внутрь храма, но было очень страшно. Казалось, что если я зайду, то все сразу поймут, что я новичок, что ничего не знаю. Этот страх понятен: опять же боязнь оценки другого, причём мною же и воображаемой оценки. Страх был преодолён вместе с другом, и я перешагнула порог одного московского храма. То, что я там ощутила, меня впечатлило так, что даже приятный аромат ладана, распространяющийся по всему храму, приглушённый, мягкий свет мерцающих свечей, поставленных у икон, приводили меня в восторг. Начался период эйфории, пробивающей порой до слёз.
     Со временем возникло желание быть кому-то полезной, но не появлялось никаких возможностей как-то себя проявить. Смотрела всевозможные православные сайты, на которых, в принципе, всегда много объявлений с просьбой о помощи, но я опять-таки из-за страха не решалась туда обратиться и свою помощь предложить.
     Когда на Силикатной построили храм, каждый день, возвращаясь домой после учёбы, я проходила мимо него. Меня со страшной силой тянуло зайти туда, но с той же силой что-то и останавливало. Так продолжалось недолго. В один прекрасный момент моя подруга Катарина сообщила, что воскресной школе при храме нужна помощь, и предложила вместе с ней в этом поучаствовать. Я была безумно рада этому предложению, считая, что Бог подарил мне возможность реализовать своё давнее желание. Так я попала внутрь.
     Первое, что меня удивило, то, чего я не видела раньше. Когда я пришла в храм, мой внешний вид был таков: спортивные штаны, кроссовки, футболка, на голове дреды, в ушах тоннели. Долгое время я ходила в косынке, не снимая её и после службы, хотя, многие спрашивали, почему я в ней хожу. А мне было очень страшно, что меня такой не примут, осудят, потому что и близким такой мой вид не нравился, что говорить о храме, где существует, как мне казалось, строгий дресс-код. Но однажды, когда мы выступали с детьми в детском доме, я уже не могла скрывать свою причёску под косынкой. Всё обнаружилось. И никакого осуждения, никакого упрёка. Как оказалось, я имею право быть такой, какая я есть.
     Внутренняя жизнь храма вовлекала меня всё больше и больше. Я начала ходить на службы, сначала воспринимая Литургию на эмоциональном уровне, слушая завораживающее пение хора, которое меня уносило куда-то ввысь, а потом вникая и в текст молитв. То, что здесь стало со мной происходить, мною даже и не мыслилось. Открытие за открытием. Благодаря тому, что о. Евгений, на мой взгляд, предоставляет человеку свободу, не навязывая своё видение мира, здесь в этом храме открывается широчайшее поле для деятельности и раскрытия своих потенциальных возможностей. Только в свободе человек способен творить, через стены ограничений и каких-то условий очень сложно пробиться.
     Здесь я осуществила свою давнюю мечту: я пою. Пою в хоре, открывая для себя через произведения христианских композиторов классическую музыку. Здесь я случайным образом обнаружила, что могу писать, и это стало на данный момент одним из главных стремлений в жизни. Невероятное время вдохновения, которое я пережила при написании одной статьи, чувствуя присутствие Бога, пребывая с Ним в сотворчестве, подарило мне ощущение того, что я нашла что-то своё. Опыт познания, почвой для которого послужили катехизаторские курсы, привёл к пониманию многих волнующих меня на то время вопросов. Обучение на курсах сопровождалось общением с Сергеем Ивановичем, который не только разъяснял мне те или иные аспекты христианства, но и аккуратно направлял меня к тому, чтобы я сама находила ответы. Я ему очень благодарна.
     Но вся эта эйфория, восторженность, несущие меня в облака, постепенно стали сходить на нет. Такое ощущение, будто Бог позвал меня, я откликнулась, Он вёл меня за руку, а потом в какой-то момент отпустил меня, предоставив теперь возможность действовать самостоятельно. Думаю, что в тот момент я была готова к познанию самой себя. А когда человек начинает видеть себя таким, какой он есть, без прикрас, думаю, это сразу сшибает с него его розовые очки. И тут уже не до восторгов. Начинается совершенно другой период, который может принести много боли и страданий. Но Бог рядом, Он никогда никуда не уходит.
     Конечно, благодаря этому познанию, многое начинает меняться: совершенно другие отношения между мной и Катариной, новое в отношениях с Оксаной. Знание налагает на человека ответственность за свои поступки. И хотя часто хочется переложить вину на другого, теперь в большинстве случаев замечаю, что это уловки моего сознания. Хочется быть честной перед собой.
     Но несмотря на то, что эйфория прошла, наступил совершенно другой этап в моей жизни со своими открытиями, своими радостями и своей печалью. Каждый раз что-то новое. Вообще, для меня ХРИСТИАНСТВО – ЭТО БЕСКОНЕЧНОСТЬ ПОЗНАНИЯ САМОГО СЕБЯ, БЕСКОНЕЧНОСТЬ ПОЗНАНИЯ ДРУГОГО И БЕСКОНЕЧНОСТЬ ПОЗНАНИЯ БОГА. Потому что личность неисчерпаема. Порой для меня это лишь умозрительное заключение, а порой непреложная истина.

mpmeqt6jk2s.jpg     ПАВЕЛ
     Когда моего папу перевели из Троицкого собора в храм на Силикатной, ничего особо не изменилось, поменялось только место. Я встретил людей, большинство из которых были моими хорошими знакомыми. Получилось так, что знакомые из Троицкого собора и из храма в Ерино собрались разом в одном месте, и это запахло чем-то новым, что меня воодушевляло и радовало. Что касается новых людей, то я понимаю, если человек оказался здесь, если он захотел быть здесь, то это дорогого стоит, и я уже отношусь к нему, как к члену этой Церкви.
     До открытия храма мы с Леной и Серёжей Генингом, братом о. Евгения, ездили в школу Троицкого собора, там готовились, репетировали, учили гласы, напевы для того, чтобы в новом храме был какой-то изначальный штат певчих, хотя бы из трёх человек. Мне это очень понравилось. В дальнейшем подключились другие люди, многие приходили и уходили.
     Хоровое пение - совершенно другое искусство, нежели сольное исполнение. Здесь даже эмоции совсем другие. Становится не нужно, чтобы тебя слышали. Когда ты впадаешь в некое творческое пространство, если называть творчеством разговор с Богом, то тебе уже не нужно находиться на сцене, как в эстрадном пении. Ты сливаешься с хором в какой-то единый организм. Эти чувства непередаваемы, и на них сразу подсаживаешься. Меня поначалу удивляли люди, которые всю свою жизнь посвящают хору. Какой-нибудь бас в четвёртом ряду, у которого нет никаких амбиций по этому поводу, так четвёртым басом и остаётся в течение жизни, как в 20 лет, так и в 60. А потом я понял, что это действительно того стоит. Непередаваемое ощущение, только важно его поймать, но получается, к сожалению, не всегда, потому что все люди, все не без греха. Но всё же бывают такие моменты, когда тебе не нужно осознавать своё участие, и ты становишься частью общего делания.
     Тут я получил интересный опыт общения со старым знакомым из Ерино - Эльдаром. Долгое время он не приезжал. После того, как папу перевели из Ерино в Троицкий собор, я его вообще не видел. И тут он приехал на Силикатную, было очень приятно с ним пообщаться. Я ведь знал его только в детстве. А теперь, когда у меня появились какие-то свои взгляды, более зрелые, было очень интересно с ним поговорить на равных. Это было интересно по-настоящему.
     Мне кажется, ЗДЕСЬ Я В БЕЗОПАСНОСТИ. Я понимаю, что, может, это иллюзия. Бог ведь повсюду. Почему же тогда мне так хочется ходить в Церковь, если Бог повсюду? Самое главное, что я здесь получаю, то, чего не получу больше нигде, - это причастие. Понятно, я могу получить его в любом храме, но я предпочитаю делать это именно здесь, потому что, опять же, чувствую себя здесь в безопасности. Я доверяю этим стенам, этим людям, просто доверяю, и как мне кажется, они мне тоже доверяют. И никому ничего доказывать не надо, как обычно бывает в нашем современном мире.
 
     ТИМОФЕЙtimofey_dariya_d.jpg
     Когда-то Андрей Кузьмин возил меня вместе со своим сыном в храм в Ерино. Несмотря на то, что я бывал в разных храмах, именно тот произвёл на меня неизгладимое впечатление. Но в дальнейшем в силу некоторых обстоятельств я перестал посещать Церковь, и когда, спустя годы, вновь ощутил в этом потребность, я спросил у дяди Андрея об отце Евгении, и он меня направил на Силикатную. Здесь я понял, что батюшка не просто говорит мне как "надо" и как "не надо", но помогает находить ответы на мои вопросы. При этом отец Евгений советовал мне посещать разные храмы с целью найти именно свой приход, но нигде я не чувствовал себя так, как в Подольске. Со временем я стал ощущать себя частью этой общины, и ни в какой более не воспринимал храм как настоящий дом, иногда даже более родной, чем реальный собственный. Последнее возможно от частых переездов.
   Первое, на что я обратил внимание, что это необычайно открытый приход, всё на виду, ничто никуда не прячут - и это очень подкупает. Поясню: мне довелось посещать разные храмы на относительно регулярной основе. И в некоторых из них активные прихожане, если можно так сказать, некая "тусовка", отделяют себя от всех остальных. Это сильно ощущалось, складывалось впечатление, что есть ты и есть группа прихожан, к которой ты не имеешь никакого отношения. В нашем храме такого ощущения никогда не было, люди открыты друг другу, добры. Есть ещё небольшой момент: я всегда сразу начинаю питать гораздо больше доверия к храму, в котором нет ценников на свечи.
     Я невероятно рад тому общению, которое здесь нахожу, рад общению с каждым! Мне просто приятно знать, что вы есть и я вас увижу. Очень приятно и неожиданно было встретить своих на музыкальном фестивале в Электроуглях, посвящённом Троице.
     И если говорить о своих ощущениях пребывания здесь, то для меня это СПАСЕНИЕ, РАДОСТЬ, СВЕТ, БЛАГОДАРНОСТЬ, СЧАСТЬЕ.
 
dsc_0465.jpg     ДАРЬЯ
   Впервые побывала в храме около года назад, приехала вместе с мужем. Он и раньше знал о. Евгения, приезжал к нему на службы в Ерино.
   Я искренне люблю свою профессию, люблю рисовать и люблю учить рисованию людей. И когда Тимофей предложил проводить уроки в храме, я согласилась. Особенность работы нашей художественной студии: мы даем рекламу, регламентируем длительность занятия и конечный результат. Есть некие обязательства перед людьми, которые пришли на урок. Здесь же мне понравилась более непринужденная обстановка, которая предполагает больше вольности и свободы. Я хотела, чтобы мы просто позанимались творчеством, попробовали свои силы в народной росписи, сделали что-то красивое своими руками! Впечатления самые приятные: много приветливых, открытых, искренних людей.
     Мне интересно общаться со всеми теми, с кем мы рисовали. Интересны личности о. Евгения и о. Валентина. Если одним словом описать мои чувства по отношению к этому храму, да и отношение людей ко мне, то это будет ТЕПЛОТА.
Продолжение следует...
Автор Дарья Борчук
Posted by admin on Thursday 09 October 2014 - 14:27:42 printer friendly create pdf of this news item


Икона дня




© Разработка сайта от www.seosale.ru 2010-2012. Все права защищены.